Квартиры у моря
  • 25.08.2017
    CRUISE — новые курортные квартиры у моря

    Квартиры Севастополя: CRUISE — курортные квартиры премиум-класса у моря. Концепция CRUISE – первая в Севастополе частная резиденция премиум-класса, соответствующая современным мировым стандартам комфортной жизни. Комплекс расположен на первой линии от моря, на частной, закрытой для посторонних, охраняемой территории, площадью 4000 м². В резиденции «Круиз» 10 вилл, разделенных на квартиры премиум-класса. Этажность: 3 этажа Инфраструктура: — бассейны — SPA (хамам, косметологический и массажный кабинеты) — банный комплекс — тренажерный зал — ресторан — магазин — детская площадка — сад, ландшафтный дизайн (вся территория комплекса полностью... 
    Читать полностью

Последние публикации

Миссия архитектурной науки в XXI веке

Принято разделять понятия науки и искусства, науки и творчества. Считается даже, что первое мешает второму, особенно в художественной сфере, где творчество должно быть совершенно раскованным. И второе мешает первому, если ученый обуреваем слишком смелыми творческими фантазиями. В то же время полностью развести эти сферы деятельности не удается. Да и не хочется, потому что мы интуитивно ощущаем, что на самом-то деле одно без другого обходиться не может.

Чтобы разобраться в этом вопросе, необходимо учесть сосуществование разных видов и жанров научной и творческой деятельности. Одно дело — собирание и описание фактов, их статистическая обработка, классификация, другое дело -постановка и исследование проблемы, выдвижение гипотезы и доказательство ее правомерности. Не только в гуманитарных, но и в естественных и технических науках всегда ценились талантливые догадки, прозрения, эвристические, в том числе парадоксальные открытия, лишь со временем получающие систему строгих доказательств. Это не что иное как самый настоящий творческий процесс развития науки.

Теперь посмотрим, насколько ненаучной может быть «чисто» творческая деятельность. Такая деятельность бывает двух родов: традиционалистского и новаторского. В первом случае мастер сосредоточен на искусном воспроизведении давно известных образцов. Тем самым он отдален от тех научных поисков, которые привели некогда к формированию данных образцов. Но они не исчезают вовсе, а передаются новому произведению по наследству. Во втором случае целью творчества является прорыв к чему-то неизведанному, а это значит, что всестороннее исследование и обоснование того, что получилось, еще предстоит. Наука появляется там, где необходимо осмыслить происходящее или произошедшее, осудить или оправдать его, придать ему недостающую убедительность, закрепить его в нормах культуры.

Теорию архитектуры иногда упрекают в том, что она не ведет за собой практику, а лишь следует за ней. На самом деле следование за практикой, изучение творческих порывов, профессиональная рефлексия — это важнейшие функции архитектуроведения. Вместе с тем, нельзя согласиться, что практика может обходиться вовсе без теории. Так только кажется проектировщикам, оторванным от специальных научных занятий. Любой проектировщик всякий раз волей-неволей решает целый ряд и фундаментальных, и прикладных проблем архитектурного формообразования, композиции, гармонии… Другое дело, что он зачастую идет по стопам предшественников или просто выполняет пожелания заказчиков, не претендуя на самостоятельное теоретизирование.

Слишком сильны в сознании и подсознании архитекторов-практиков общетеоретические шаблоны, некие аксиомы и критерии профессиональной «грамотности». Совершаемое нами инерционное движение вызывает тем большую досаду, чем глубже мы осознаем фундаментальные перемены в сфере теории архитектуры и градостроительства. Эти перемены связаны и с радикальными социально-экономическими реформами, и с отказом от идеологии, а также и с общемировыми цивилизационными процессами.

Такое несоответствие между новейшей теоретической мыслью и архитектурно-градостроительной практикой у нас усугубляется оттого, что за годы власти мы были отучены от философствования по поводу фундаментальных вопросов профессии. Постулаты диалектического и исторического материализма принимались без обсуждения, любая более частная теория могла существовать лишь как их последовательное претворение в жизнь. Таким образом, стоит задача обновления концептуального содержания архитектурно-градостроительной деятельности, пересмотра догматов, переоценки ценностей. Этот процесс идет, но очень неровно и конфликтно. Можно упрекнуть практиков в том, что они слишком далеки от науки. Но можно упрекнуть и ученых в том, что они слишком обособляются от практики. Впрочем, это неизбежно при отсутствии достоверной информации о принимаемых решениях и ведущихся проектных разработках. Слабое звено — прикладная наука, которая вся устремлена на внедрение, но слабо связана с наукой фундаментальной. Архитекторы-практики не могут все читать и быть специалистами по множеству вопросов. Историки и теоретики архитектуры действительно пишут «для самих себя», для узкого круга знатоков. И это по-своему правильно, потому что надо заботиться о культивировании отдельных областей знания и поддержании высокой планки специализированной квалификации. Однако надо заботиться и о распространении знаний вширь и вглубь, о внедрении их по мере возможности в массовое профессиональное, да и непрофессиональное, общественное, обывательское сознание.

Получается так, что творческая деятельность архитектора все же не свободна от науки, которая как бы окутывает и опутывает ее со всех сторон, да еще и проникает в сердцевину. Можно сказать, что это не наука, а интеллектуальная деятельность в широком смысле слова, иногда логичная, а иногда и сумбурная. Но я бы предложил не противопоставлять одно другому, что часто бывает, а наоборот, считать науку ядром, узлом этой интеллектуальной и интуитивной деятельности во всем ее многообразии. Тогда можно ставить перед собой цель выстроить единую иерархическую систему взаимодействия всех уровней и областей профессионального знания, понимания и умения.

Вопрос очень непростой. У нас не принято все собирать воедино, да еще и ранжировать. Это результат длительной борьбы как раз с иерархической картиной мира, господствовавшей до наступления Нового и особенно революционного Новейшего времени. Сейчас, безусловно, преобладает антиномическая, диалектическая логика, согласно которой наука и практика — это разные полюса, борющиеся противоположности, способные лишь в отдельных случаях образовывать компромиссно сбалансированное целое. Я же хочу обратить внимание на фундаментальную связанность первого со вторым посредством промежуточных звеньев, множества переходных ступеней. Сбалансированность не обязательна, обязательна связанность, последовательная соподчиненность, субординация. Эта иерархическая идея, воодушевляющая меня уже многие годы, начиная с моих первых исследований древнерусского градостроительства, была присуща древней и средневековой культуре, и именно в ней, я убежден, коренится главный секрет удивительной устойчивости, органичности и выразительности многих традиционных архитектурных и художественных принципов и приемов.

Комментарии запрещены.

Архитектура и градостроительство
  • 24.08.2017

    Выбор масштабности — это принципиальное отношение зодчего к человеку, его гражданская позиция, которую он... 
    Читать полностью

  • 23.08.2017

    Общая площадь здания 2000 м² Инфраструктура отеля: — ресепшн — 30 номеров, из них 18 действующих и 12 в постоянной... 
    Читать полностью

  • 22.08.2017

    Архитекторы Zanderroth построили для 11 частных домовладельцев жилое здание в центре столицы Германии, там, где еьце... 
    Читать полностью

  • 22.08.2017

    CRUISE. Курорные квартиры премиум-класса у моря в Севастополе «Круиз» S квартир: от 40 м² Стоимость: от 32 000 у.е. СПЕЦИАЛЬНЫЕ... 
    Читать полностью

Архитектура